Отчет о презентации Влада Софронова 8 марта

Влад СофроновВ праздничный день 8 марта в «Кнігарне Ў» прошла презентация книги Владислава Софронова «Коммунизм чувственности. Читая Кьеркегора, Кафку, Пруста, Маркса». Презентация книги о коммунистической сущности любви удачно совпала с международным женским днём. В течение этого вечера удалось поговорить и о женщине, и о труде, и о любви.

Владислав Софронов закончил философское отделение БГУ и не чужд белорусскому интеллектуальному пространству, но уже около 15 лет живет в Москве. Автор признался, что у него никогда не было ощущения, что эта книга для Беларуси, поскольку в нашей стране слово «коммунизм» всё ещё воспринимается с осторожностью. В отличие от стран, где негативное влияние капиталистических механизмов на общество явно и не может игнорироваться интеллектуалами, в Беларуси «история остановилась» — на смену постсоветскому периоду ещё не пришел свободный рынок, который мог бы сделать востребованными схемы марксистского анализа.

Книга была задумана для раскрытия различных теоретических, художественных и экзистенциальных проблем. Среди основных задач книги автор назвал следующие:

  • Проблематизация понятия женщины на основании различных моделей, которые можно найти в истории философии и литературе; или, скорее, на основании отсутствия достаточной разработанности этого понятия. Как сторонник феминизма автор делает акцент на том, что концепт «женщины» является социокультурным конструктом, но он не останавливается на простой констатации и подробно анализирует его на примере творчества Кьеркегора, Кафки и Пруста. Не забыт и «мастер подозрения» Фрейд – так как в каждом субъекте присутствуют черты и мужского, и женского, то встреча двух субъектов является встречей сложных комплексов мужского и женского, присутствующих в каждом из них.
  • Полемика с теорией сублимации Фрейда. У автора данная теория вызывает протест и ей он противопоставляет понятие редукции Гуссерля.
  • Исследование аффекта – его природы и генезиса. Подобное исследование, считает автор, необходимо предпринимать исходя не из сухой теории, но из сути самого феномена аффекта – нужно аффектировать теорию, а не теоретизировать аффект. Подобная постановка проблемы и подкрепление подобного исследования автобиографической фактурой послужила поводом к маркированию некоторыми читателями книги как постмодернистской. Но автор предупреждает читателей о том, что подобная трактовка ошибочна, но возможна вследствие того, что книга анти-постмодернистская. Антипостмодернизм в данном случае является не прямолинейной критикой постмодернизма, но разворачиванием, прочувствованием постмодернистского способа письма, но которое не является самоцелью (в отличие от постмодернистского способа письма).

Терри Иглтон, современный марксистский теоретик, ввел различие критического и некритического постмодернизма и определил деконструкцию как важный методологический инструмент критики. По мнению Владислава Софронова, в России нет критического постмодернизма – и данный вопрос рассматривается в одной из статей 2-ой части «Пошли пузыри. Очерк истории русского философского постмодернизма» – именно в ней он одним из первых осуществил критику постмодернизма в России «слева».

Что же такое «коммунизм чувственности»? Для изложения сути коммунистического устройства общества необходимо обращение к нашему наиболее непосредственному опыту отношений с другими людьми – к чувственности. Существование в нас такого аффекта как любовь позволяет нам некоторое время (время существования любви) находиться в мире, в котором отдавать приятнее, чем брать, невозможно неуважение, эксплуатация, и который является живым воплощением коммунистического идеала, описанного классиками марксизма. «Коммунизм чувственности» – это книга, направленная на выявление эмоциональных корней коммунизма, хоть суть его состоит в социально-политических и экономических механизмах. Коммунизм, по мнению автора, является неминуемым будущим человечества, он является не выдумкой, а альтернативой, дающей надежду на выживание человечества в условиях ограниченности ресурсов.

Сложность и неоднозначность книги выражается в её разнонаправленности – автор ведет разговор с читателем о политике, но используя философские понятия и обращаясь к беллетристическим приёмам; философствует, но идет путем не теории, а практики, пользуется не строгостью понятий, а введением читателя в эмоциональный мир лирического героя; важным для автора является личный опыт, но он не остается на уровне непосредственного ощущения, а превращает его в методологию проникновения в психику читателя, пусковым механизмом к действию.

Автор подчеркивает, что две части книги, хоть и являются самостоятельными исследованиями, но друг без друга не становятся воплощением замысла описания «коммунизма чувственности». Первая часть не должна быть оставлена наедине с читателем, вторая часть даёт ключ к расшифровке эмоционального как субъективной, но не объективной составляющей коммунизма. Статьи второй части посвящены актуальным вопросам социально-политических дискуссий современной России, вышедшей из постсоветского состояния – критике российского постмодернизма (как было сказано выше), анализу становления идеологии консюмеризма в России, рассмотрению системы права как области, в которой отражается идеология общества.

После того, как автор презентовал книгу в форме монолога, аудитория имела возможность задать вопросы. Вопросы людей, пришедших на презентацию, но не прочитавших пока книгу, касались различных аспектов того, что было высказано. Их интересовало и разъяснение некоторых существенных для марксизма понятий, и отношение марксизма как теории к различным социальным феноменам, и вопросы, относящиеся к личности автора.

Несколько вопросов было задано об отношении марксизма к феномену религиозной веры. Автор высказался о недопустимости смешения религиозной веры и убеждения, основанного на рациональных основаниях. Капитализм является настолько мертвящим явлением, что не нужно ни во что верить, чтобы строить иное, более справедливое и гармоничное общество. Тем не менее, в религиозной системе можно найти как реакционные, так и революционные элементы. Прецедент «теологии освобождения» в Латинской Америке – яркий пример того, что борьба с капитализмом должна вестись единым фронтом. Идеология – сложное явление: с одной стороны идеологические явления затуманивают ясное видение объективной реальности, с другой – объективная реальность не дана нам непосредственно, а только посредством абстракций, которые тоже имеют идеологическую форму.

Слушателей интересовал также вопрос о личной мотивации автора к написанию презентируемой книги, но подобный вопрос не возник бы, если бы аудитория была знакома с текстом (одна из статей второй части как раз называется «Почему я марксист»). Тем не менее, этот вопрос побудил автора к раскрытию экзистенциальной диалектики его становления марксистом. Субъект рано или поздно сталкивается с проблемой небытия и его бесконечности, распростирающейся до рождения субъекта и после его смерти. Гнетущая бесконечность небытия побуждает человека искать нечто, что уравновесило бы её позитивным образом. Такую альтернативу можно найти в бесконечности тянущегося бытия – в истории самоорганизации неживой материи, зарождении жизни, разума, наличии прогресса. История даёт возможность не только познавать, но и преобразовывать, именно исторический процесс можно противопоставить бесконечности небытия.

Также были заданы провокационные вопросы – «Что вы видите в основе гармоничного общества?», «Будет ли счастливая любовь при коммунизме?», «Как будет преодолено отчуждение в коммунистическом обществе?», «Может ли функционировать коммунистическое общество на базе капитализма?». Ответы на вопросы такого масштаба – дело не одного вечера и требуют детального знания теории и фактических данных. Именно отсутствие однозначных ответов на глобальные вопросы делает необходимым развитие марксистской теории, и работой по её разработке является книга, на презентацию которой собрались люди весенним вечером 8 марта.

KRYLY.org

Вы можаце сачыць за каментарамі да гэтага запісу праз RSS 2.0 feed. Вы можаце пакінуць каментар, альбо trackback з вашага ўласнага сайта.

 

Пакінце каментар